Отец. In memory of.
Отец, Круглов Вениамин Вениаминович, родился 16 Мая 1939.1942
С 41-го дед воевал (ушёл на фронт добровольцем), а отец с мамой, моей бабкой, жили в эвакуации в Куйбышеве (теперь Самара), где и была сделана эта фотография.
1950
В пионерском лагере. Отец спереди:
1955
После войны деда перевели на Украину, под Львов, на подавление бендеровских восстаний. Фотографий того периода у меня нет. Наверное не до фотографирования было.Чуть позже, в начале 50-х, деда, строителя по профессии, командировали в Китай поднимать народное хозяйство. В 55-м отец с мамой жили вместе с дедом в Китае:
1958
Потом был институт. Отец пошёл по стопам деда, тоже став строителем — инженером-конструктором:
1963
Он специализировался на индустриальных металлических конструкциях. Начались первые стройки. Часто выезжал на объекты. На снимке отец слева. Снято на крыше здания «Аэрофлота» в Москве — чего-то объясняет верхолазу:
1968
Потом были несколько лет индийских командировок, где отец поднимал народное хозяйство братского индийского народа. На снимке отец на стройке алюминиевого завода в городе Бокаро:
1970
Затем была работа переводчиком. Отец сам, без репетиторов и преподавателей выучил английский и разговаривал на нём практически в совершенстве.Япония, город Хиросима, у монумента погибшим от ядерного взрыва:
В этом-же году он познакомился с моей мамой.
1974
В 70-х он много ездил по США с советскими правительственными делегациями в качестве переводчика :
1975
Но при всём при этом жил очень скромно. Отказывался от вступления в КПСС (что серьёзно мешало ему в карьерном росте), не стремился к наживу материальных благ.В 75-м они с мамой поженились:
1980
В 77-м родился я:
1981
Отец души во мне не чаял, постоянно что-то рассказывал, объяснял, учил:
1984
А в 84-м они с мамой расстались. Отец очень тяжело перенёс расставание. Наверное он так и не оправится от этого удара судьбы. У меня с тем периодом связаны одни из самых тяжёлых воспоминаний:
1991
Я рос, мы продолжали общаться:
1992
Но в 92-м я, вместе с мамой, уехали в Австралию. Наверное для него это был второй удар, от которого он тоже так и не смог оправится:
1996
Мы общались, я приезжал в гости:
1998
Пытался помочь чем мог, но отец, в силу своих каких-то внутренних принципов, отказывался от любой помощи и категорически не хотел уезжать из России:
2003
В 2003-м ему поставили диагноз рака 4-й степени. Он встрепенулся, но было уже поздно. О переезде в Австралию с таким диагнозом не могло быть и речи. Он так и не приехал ко мне, даже в гости:
2004
В 2004-ом, ровно двадцать лет спустя после расставания с моей мамой, он всё-таки начал новые отношения:
2006
В последний раз мы видились в 2006-м:
В последний месяц его состояние начало резко ухудшатся. Он перестал ходить. Но он как всегда не верил в неминуемое. Я даже не помню что-бы мы с ним всерьёз обсуждали его исход. Он до последнего верил что жить ему ещё долго. Просил медсестру начать его выхаживать, хотел поправится к весне.
В четверг я дозвонился отцу на сотовый. Он был под сильным седативным и плохо понимал меня. Сказал что трудно говорить, что всё болит, но что рад меня слышать.
А в пятницу, 23 ноября 2007 в 16:15 он скончался. Медсестра сказала, что он скорее всего не понял что умер — был в сильном забытье.
Спи спокойно, пап.